Пленум верховного суда рф 2011

Антиэкстремистское разъяснение

Пленум верховного суда рф 2011

28 июня пленум Верховного суда РФ принял постановление «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности». Необходимость наведения порядка в антиэкстремизме назрела давно. Деятельность центров «Э» —…

28 июня пленум Верховного суда РФ принял постановление «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности».

Необходимость наведения порядка в антиэкстремизме назрела давно. Деятельность центров «Э» — единственной структуры МВД, не сокращаемой, а расширяемой при преобразовании милиции в полицию, — давно вызывает слезоточивый смех.

Набор «отчетности» с помощью создания проблем библиотекам, неряшливый и абсурдный федеральный список экстремистских материалов, подбрасывание при обысках активистам листовок с уголовно наказуемыми призывами (Тюмень, дело Андрея Кутузова), а также «членских удостоверений» экстремистских организаций (Нижний Новгород, выдуманная полицией структура «Красная анархия скинхедов-антифа»), фантастические «защищаемые социальные группы» вроде «компартии и власти Китая» (преследования общин «Фалунгун»), пытки в центрах «Э», в подавляющем большинстве случаев остающиеся безнаказанными…

Антиэкстремизм в последние годы превратился в киборга, угрожающего любому человеку, публично высказывающему, по сути, любую точку зрения. Антиэкстремисты создали условия, когда подпольной борьбой с режимом заниматься в чем-то проще, чем открытой оппозиционной деятельностью.

Фактически все оппоненты «Единой России» в последнее время львиную долю своих сил отдавали попыткам затормозить антиэкстремистский беспредел. И, похоже, это нашло какой-то отклик наверху.

Павел Чиков, председатель ассоциации «Агора», рассказал «Новой», что принятие этого постановления накануне выборов — когда можно ожидать волну новых дел против инакомыслящих — есть некий знак политической воли.

Власть как бы говорит: новой волны репрессий не будет, но, на всякий случай, «рычаги обуздания» остаются.

«Разжигательные» статьи 280, 282 Уголовного кодекса существуют с середины 90-х. Сначала они не работали вообще.

В 2004—2005 годах было много оправдательных приговоров по этим статьям, но с 2006-го пошел уже вал уголовных дел, в которых фигурируют экстремистские мотивы — многие из них рассматривались с явным «обвинительным уклоном» и соответствующими приговорами. Количество осужденных за экстремистские преступления ежегодно увеличивается в разы.

Еще одна причина, названная Чиковым, по которой Верховный суд занялся этим вопросом, — количество антиэкстремистских дел, дошедших до этой инстанции, перевалило за некую точку, после которой проблему нельзя было игнорировать.

В целом решение пленума Верховного суда — компромиссное. Важнейшая проблема гражданских активистов — являются ли разнообразные «представители власти» «защищаемой социальной группой».

По словам Чикова, мнения социологов разнятся: одни считают правомерным признание чиновников (в том числе сотрудников правоохранительных органов) социальной группой, другие — нет, третьи же говорят, что в современной социологии этот вопрос недостаточно проработан, чтобы однозначно судить об этом.

В постановлении ВС этот вопрос, увы, не прояснен. Это означает, что в правоприменительной практике сохраняется возможность трактовки, например, полицейских как «социальной группы».

Как отмечают эксперты центра «Сова», Верховный суд не вправе менять закон, он может лишь разъяснять его. Проблемы неудачных формулировок и множественности трактовок могут быть решены поправками в сам закон.

В постановлении четко декларируется, что не стоит «подводить под экстремизм» критику каких-либо чиновников, политических и религиозных объединений, но что является «возбуждением ненависти либо вражды» снова четко не проясняется.

Зафиксировано, что распространение текстов из федерального списка экстремистских материалов может быть уголовным преступлением, только если будет доказано, что оно производилось с целью возбуждения ненависти.

Дано четкое определение экстремистской организации: «Устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для подготовки или совершения одного или нескольких преступлений экстремистской направленности, характеризующаяся наличием в ее составе организатора (руководителя), стабильностью состава, согласованностью действий ее участников в целях реализации общих преступных намерений». Но не разъяснено, что значит «продолжение деятельности экстремистской организации».

Верховный суд упорядочил работу экспертов, привлекаемых на подобные процессы: например, четко сформулировал, что то, что является экстремистским, должен определять суд, а не эксперт в своем заключении.

Дословно

— «Критика политических организаций, идеологических и религиозных объединений, политических, идеологических или религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды».

— «Критика в средствах массовой информации должностных лиц (профессиональных политиков), их действий и убеждений сама по себе не должна рассматриваться во всех случаях как действие, направленное на унижение достоинства человека или группы лиц, поскольку в отношении указанных лиц пределы допустимой критики шире, чем в отношениях частных лиц».

Из постановления пленума Верховного суда РФ № 11 от 28 июня 2011 г.

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2011/07/05/44830-antiekstremistskoe-raz-yasnenie

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 25 апреля 1995 г. N 5

О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ

от 27.12.2002 N 29)

В связи с вопросами, возникающими у судов при применении законодательства, предусматривающего ответственность за преступления против собственности (глава пятая УК РСФСР), Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет:

1. Разъяснить судам, что предметом хищения и иных преступлений, ответственность за совершение которых предусмотрена нормами главы пятой УК РСФСР, является чужое, т.е. не находящееся в собственности или законном владении виновного имущество.

Поскольку закон не предусматривает, за исключением ч. ч. 2 и 3 ст. 147.

1 УК РСФСР, дифференциации ответственности за эти преступления в зависимости от формы собственности, определение таковой не может рассматриваться обязательным элементом формулировки обвинения лица, привлеченного к уголовной ответственности.

2. Дела о преступлениях против чужой, в том числе и государственной, собственности являются делами публичного обвинения и не требуют для их возбуждения, производства предварительного расследования и судебного разбирательства согласия собственника или иного владельца имущества, ставшего объектом преступного посягательства.

3. При решении вопроса о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного ч. ч. 2 и 3 ст. 147.

1 УК РСФСР, по признаку хищения государственного имущества путем злоупотребления должностного лица своим служебным положением судам следует иметь в виду, что государственным является лишь имущество, находящееся в государственной собственности и закрепленное за государственными предприятиями и учреждениями во владение, пользование и распоряжение.

Имущество различных юридических лиц, в уставный капитал которых входят и государственные средства, не может рассматриваться как государственное.

Хищение такого имущества, вверенного виновному, следует квалифицировать как присвоение или растрату чужого имущества.

4. Утратил силу. — Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29.

5. Посягательства на имущество, ответственность за которые предусмотрена ст. ст. 148.1 и 148.2 УК РСФСР, отличаются от хищения по умыслу, направленному не на обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, а на противоправное временное пользование этим имуществом в корыстных или иных целях без согласия собственника или иного владельца.

6. При определении стоимости имущества, ставшего объектом преступления, следует исходить в зависимости от обстоятельств приобретения его собственником из государственных розничных, рыночных или комиссионных цен на момент совершения преступления. При отсутствии цены стоимость имущества определяется на основании заключения экспертов.

При определении размера материального ущерба, наступившего в результате преступного посягательства, необходимо учитывать стоимость имущества на день принятия решения о возмещении вреда с ее последующей индексацией на момент исполнения приговора в порядке, предусмотренном ст. 369 УПК РСФСР.

7 — 8. Утратили силу. — Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29.

9. Особая историческая, научная или культурная ценность похищенных предметов или документов (ст. 147.2 УК РСФСР) определяется на основании экспертного заключения с учетом не только их стоимости в денежном выражении, но и значимости для истории, науки, культуры.

Стоимость иного ценного имущества при неправомерном завладении им без цели хищения (ст. 148.1 УК РСФСР) должна быть сопоставима с указанным в законе имуществом (транспортное средство, лошадь).

10. Утратил силу. — Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 N 29.

11. Судимости в других странах СНГ после прекращения существования СССР не должны приниматься во внимание при квалификации преступлений, но могут учитываться при назначении наказания как отягчающее обстоятельство в соответствии со ст. 76 Конвенции и правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам стран — участниц СНГ от 22 января 1993 г.

12.

При решении вопроса о пересмотре в порядке надзора судебных решений по делам о преступлениях против собственности в связи с изменением редакции статей УК РСФСР, предусматривающих ответственность за совершение этих преступлений, следует исходить из положения статьи 6 УК о том, что закон, устраняющий преступность и наказуемость деяния или смягчающий наказание, имеет обратную силу и распространяется на деяния, совершенные до его издания.

Если новая редакция соответствующей статьи УК устраняет ответственность либо предусматривает наказание более мягкое, чем по ранее действовавшему закону, решение суда в случае, если наказание осужденным не отбыто, подлежит пересмотру в порядке надзора в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 1 июля 1994 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно — процессуальный кодекс РСФСР».

13. В связи с новой редакцией ст. 24.1 УК РСФСР признание осужденного особо опасным рецидивистом подлежит исключению из приговора, если действующий закон не дает основания для такого признания.

В тех случаях, когда признание особо опасным рецидивистом по ранее действовавшему законодательству повлияло на квалификацию совершенных впоследствии преступлений, а в связи с новой редакцией закона осужденный не может быть признан таковым, пересмотру подлежат как приговор, которым он признан особо опасным рецидивистом, так и все последующие приговоры, по которым наказание не отбыто.

Председатель Верховного Суда

Российской Федерации

В.М.ЛЕБЕДЕВ

Секретарь Пленума, судья

Верховного Суда

Российской Федерации

В.В.ДЕМИДОВ

Источник: http://www.alppp.ru/law/ugolovnoe-pravo--ispolnenie-nakazanij/5/postanovlenie-plenuma-verhovnogo-suda-rf-ot-25-04-1995--5.html

Юрист Агапов
Добавить комментарий